Красноармейцы в финском плену

Материал из Русского эксперта
Перейти к: навигация, поиск
Советские военнопленные, станция Раутярви, 4.8.1941

Во время Советско-финской войны 1941-1944 годов в финский плен попало более 64 188[1] советских военнослужащих. Подавляющее большинство из них попало в плен во время финского наступления 1941 года. В лагерях Финляндии погибло 29 % пленных[2]. Предположительно ещё около 5 % советских пленных погибло в результате расстрелов и не оказания помощи раненым в момент пленения[3]. Большинство пленных в финских лагерях, как и в немецких[4], умерли от голода зимой 1941-1942 годов. [5][2]

Сегодня составлен общедоступный алфавитный список советских военнослужащих, погибших в финском плену в 1941-1944 годы и перечень мест их захоронения[6].

Содержание

[править] История плена

Советские пленные на ферме, недалеко от Хельсинки. 3.10.1941

Первоначально, летом 1941 года, финны направляли пленных на работу в крестьянские хозяйства. Однако вскоре выяснилось, что финские крестьяне стали «слишком хорошо» относиться к советским пленным и это якобы оказывает «деморализующее влияние» на финских солдат[3]. Этот вопрос обсуждался в финской прессе и от этой практики отказались. С сентября 1941 года больницы для военнопленных вышли из подчинения ставки и перешли в распоряжение шюцкоровского штаба тыловых частей. С этого момента военнопленные были полностью переданы в распоряжение Шюцкора, что и сыграло крайне негативную роль в судьбе пленных. Именно штаб тыловых частей утвердил рационы питания пленных в лагерях, которые по калорийности были ниже уровня выживания в состоянии покоя. В декабре массы пленных начали умирать от полного истощения. Многие пленные погибли также от пищевых отравлений заведомо некачественными продуктами и от эпидемии тифа, которая косила ослабленных голодом людей.[3] [7]

Всё это финны «заметили» это только тогда, когда значительная часть пленных уже погибла.

«У нас нет никаких причин предлагать пленным излишнее питание, когда его в обрез для своего народа, но раз уж мы их в плен берем, то мы не должны дать им погибнуть от холода и голода, как дело, по сути, в эту зиму и обстояло. В этом плане расчеты на калорийность продуктов совершенно не совпадают с калорийностью на практике. Кроме того, уже в момент своего появления в лагерях многие пленные пребывают в таком плачевном физическом состоянии, что на восстановление их здоровья требуется гораздо больше продуктов, нежели для здорового организма. А на этот момент внимание обратили слишком поздно». Военный инспектор полковник Споре[3]

Относительно «многих пленных в плачевном физическом состоянии» полковник Споре неточен. В тяжёлом состоянии было небольшое число солдат, взятых в плен зимой. Подавляющее число пленных попало в плен во время летнего наступления и во время пленения они находились в удовлетворительном физическом состоянии.

Смертность советских пленных в финском плену[2].

Весной 1942 года пленных снова стали отправлять на фермы, чтобы те помогали крестьянам в весенних полевых работах, и впоследствии многие пленные жили на фермах круглый год. С 1943 года значительная часть, а, возможно, и большинство советских пленных безконвойно работало в финском сельском хозяйстве, и это радикально снизило смертность. Отношение к пленным было разное. Кто-то жил в сарае, кто-то был почти членом семьи. Но в силу крестьянской рассудительности хозяева обычно обеспечивали достаточное питание своим работникам[8].

«У крестьян кормили нормально. Там был хозяин, вернее, сын хозяина, мать-старуха и три сына. И один ровесник мне, примерно 20-го года, Ян был без ноги и без глаза после фронта. С одной ногой и одним глазом, он хозяйничал, и мать заставлял: хорошо корми. Я и пахал, и сеял, выполнял различную работу у них в хозяйстве» <Бывший военнопленный Ёлкин.[2]

С 1942 года отношение к советским пленным улучшалось по ряду причин. Финляндия прекратила наступательные действия, и в оборонительной войне финские потери существенно уменьшились. Финская политическая элита начала осознавать, что исход войны не предрешён, и в случае поражения за массовое истребление пленных придётся отвечать. Исчезли опасения, что советские пленные «деморализуют» финский народ. Финские крестьяне к пленным проявляли больше сочувствия, чем ненависти. Но только осенью 1943 года верховный главнокомандующий, маршал Финляндии Маннергейм снова подчинил лагеря и больницы для пленных штабу по делам военнопленных при ставке, что и было знаком окончательного разворота в политике по отношению к пленным. [7] Нетрудно заметить, что смертность советских пленных в Финляндии была обратно пропорциональна успехам Красной Армии. Но фактом является то, что с 1943 года финны решили проблему цивилизованного отношения к пленным.

[править] Нормы питания

Первый приказ, обрекавший людей на смерть от голода, штаб тыловых частей подписал 1.07.1941. Приказ подписали начальник интендантского отдела подполковник К. Саурио и начальник 1 интендантского отдела подполковник Э. Хеуден [7].

Паек «А» в граммах килокалории
Галеты или сухари 200 540
Сухое молоко 200 80
Маргарин 20 148
Картофель 500 400
Рыба/мясо 75/150 100
Крупа 50 170
Мука 15 51
Сахар 10 39
Чай 0,5
Соль 15
Итого 1508 килокалорий

Причём ни один советский военнопленный не помнит, чтобы он получал молоко в финских лагерях[2].

Рацион питания в 1508 ккал/день обрекает человека на смерть в течение нескольких месяцев даже в состоянии «комнатного покоя», то есть при комфортной температуре и отсутствии какой-либо физической работы. Для выживания без физических нагрузок требуется не менее 1700 ккал/день[9].

Помимо пайка «А» был введён увеличенный паёк «Б» для работающих военнопленных. Однако 29.07.1941 был издан приказ о том, что паёк «Б» может быть назначен только в качестве «исключения» для передовиков производства. Буквально через пару дней 1.08.1941 вышел новый циркуляр о том, что «пленным, выполняющим работу, в назидание остальным полагается паек «Б»». Эта чехарда приказов свидетельствует о некомпетентности и безответственности штаба тыловых частей.

С сентября были установлены следующие, явно недостаточные для выживания пленных, нормы.

Продукты Паёк «А»/день Паёк «Б»/день Паёк финского солдата
Сухари или галеты 150 г 250 г 350 г
Мука 150 г 250 г 350 г
Маргарин 20 г 20 г 30 г
Сахар 10 г 10 г 40 г
Мясо 50 г 50 г 100 г
Картофель 500 г 500 г 600 г

В период с 25.01.1942 по 4.06.1943 г. калорийность рациона питания советских военнопленных в Финляндии составляла 1889 ккал/день [10].

[править] Женевские конвенции 1929 года и судьба военнопленных

СССР и Финляндия подписали и ратифицировали женевскую «Конвенцию об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях» — одну из двух Женевских конвенций 1929 года. Однако, СССР не подписал женевскую «Конвенцию о военнопленных», а Финляндия подписала эту конвенцию, но не ратифицировала[2]. Обе страны обязались де-факто следовать духу Женевской конвенции о военнопленных. СССР также разработал внутреннее законодательство, которое в основном воспроизводило Женевскую конвенцию.

Таким образом, во время войны ни СССР, ни Финляндия не были участниками Женевской конвенции о военнопленных и с точки зрения международных обязательств находились в симметричной позиции. Формально верная фраза «Финляндия подписала Женевскую конвенцию, а СССР нет», предназначенная для обмана несведущих в международном праве людей, является одним из пропагандистских мифов, связанных с Женевскими конвенциями.

1) Ратификация: договор обычно открыт для подписания некоторое время после конференции, которая его одобрила. Однако, подписание договора ни к чему не обязывает Государство, если договор не ратифицирован... [11]

Обе страны нарушали ряд пунктов Женевской конвенции о военнопленных. Но для судьбы большинства пленных решающее значение имело всего лишь одно нарушение — недостаточное питание в лагерях для военнопленных. В процентном отношении это привело примерно к одинаковым итоговым потерям среди советских и финских пленных.

[править] Продовольственная помощь Красного Креста

С весны 1942 года по инициативе Маннергейма Финляндия в одностороннем порядке разрешила продовольственную помощь советским пленным от Красного Креста[12]. Однако размер этой помощи существенного значения для выживания военнопленных не имел. [3] Общий объем продовольственных посылок Красного Креста составил 2.5 кг на одного пленного в год[2] и не мог реально повлиять на состояние пленных. Заметим, что в немецком плену число советских пленных было в десятки раз больше. Эти исторические факты опровергают миф о том, что помощь Красного Креста могла бы снизить смертность советских пленных в германском плену.

[править] Расстрелы

В финских лагерях массовых внесудебных расстрелов советских военнопленных, по всей видимости, не было. Известно несколько случаев, когда пленные были застрелены якобы за нападения на конвой. Пойманных живьём беглецов финны, в отличие от немцев, не расстреливали, а пороли. Однако в прифронтовой зоне во время боевых действий пленных иногда расстреливали. Историк Антти Куяла, который изучал этот вопрос, пришел к выводу, что примерно 5 % (2-3 тысячи) смертей военнопленных стали результатом таких действий[3].

Например, советского офицера могли расстрелять (почти наверное) за отказ давать показания на допросе после пленения, а в боевой обстановке рядовых расстреливали и после допроса. Подобные действия не были односторонними и не были только результатом произвола отдельных военнослужащих. По приказам Шюцкора расстреливали и сбитых советских лётчиков, что трудно объяснить военной необходимостью. Приказы командования уничтожать пленных после допроса отдавались и финским диверсионным группам, и советским партизанским отрядам[2].

[править] Национальная сортировка и обмен пленными

Финны сортировали пленных по этнической принадлежности. В лагерях для родственных этносов — карелов, ингерманландцев и других финно-угорских народностей условия были существенно лучше. На территории Финляндии также были и немецкие лагеря для советских пленных. Начиная с 1941 года между Финляндией и Германией происходил регулярный обмен пленными. Финны получали от немцев свои «дружественные нации», а взамен отправляли туда равное количество советских военнопленных других национальностей. Всего с 1941 по 1944 год немцам были переданы свыше 3000 пленных. [2]

В немецких лагерях комиссары, евреи и некоторые другие категории советских пленных подлежали уничтожению согласно особому приказу № 8[4]. При обменах финны не проводили соответствующей сортировки пленных и выдавали немцам людей, которые в немецком плены подлежали расстрелу[13]. Также заметим, что с 1943 года смертность советских военнопленных в целом в Германии была существенно выше, чем в Финляндии.

[править] Двойные стандарты

В финских исторических исследованиях по сей день сохраняются двойные стандарты. В недавно вышедшей книге («Судьбы военнопленных – Советские военнопленные 1941-1944», издательство Tammi 2016) гибель пленных в немецком и советском плену трактуется как «преднамеренное зло», источником которого являются тоталитарные режимы, а сопоставимая по масштабу массовая гибель пленных в «демократическом» финском плену, как зло якобы «непреднамеренное» [3] . Зимой 1941-1942 годов финский паёк «A» в 1508 ккал/день заведомо обрекал на смерть человека в течение нескольких месяцев даже при условии «комнатного покоя». На точно такую же смерть, как и немецкие пайки для советских военнопленных этого периода. Хотя среди финских солдат более 10% были неграмотны, в Финляндии имелись образованные люди, которые могли бы объяснить финским военным этот бесспорный научный факт. В связи с этим дифференциация зла на преднамеренное (немецкое и советское) и не преднамеренное (финское) представляется неубедительной. Советские пайки для военнопленных при условии тяжёлых работ также вели к дистрофии и смерти, но даже в самые трудные времена (1942 год) не опускались ниже 1900 ккал/день[14] Финские лагерные пайки были ниже советских, по крайней мере, до начала 1943 года. В свете приведенных фактов лёгкое недоумение вызывает высказывание маршала Маннергейма: «Калорийность питания, выдававшегося военнопленным, и калорийность продуктов, которые получали люди физического труда, была почти одинаковой»[15]

[править] См. также

[править] Примечания

  1. Это число учтённых финнами пленных. Реально число пленных могло превосходить 70 000.
  2. 2,0 2,1 2,2 2,3 2,4 2,5 2,6 2,7 2,8 Д. Фролов. Советско-финский плен, 1939-1944
  3. 3,0 3,1 3,2 3,3 3,4 3,5 3,6 Советские военнопленные в финском плену
  4. 4,0 4,1 Штрайт К. Они нам не товарищи: Вермахт и советские военнопленные, 1941—1945 гг. / Пер. с нем. М., 1991, К. Штрайт «Солдатами их не считать. Вермахт и советские военнопленные 1941—1945 гг.». М. «Прогресс» 1979 г.
  5. Mikkola Pirkka. Sotavangin elama ja kuоlеmа. Jаtkоsоdаn neuvostosotavankien suurеn kuolleisuuden syyt. Suоmеn ja Skandinavian historian рro gradu-tutkiеlmа. Неlsingin уliорistоn historian laitos, 2000.
  6. Список советских военнослужащих, погибших в финском плену в 1941-1944 гг.
  7. 7,0 7,1 7,2 Эйно ПИЭТОЛА. Военнопленные в Финляндии 1941—1944
  8. За «аренду» пленных финские крестьяне платили деньги, таким образом правительство Финляндии по сути торговало людьми.
  9. Нормальная физиология человека / под ред. Б. И. Ткаченко. — 2-е изд. — М.: Медицина, 2005. — С. 575—576. — 928 с. — ISBN 5-225-04240-6
  10. SA, Т19497/6, РМ, Рaaintеndеntintoimisto.
  11. Список подписантов Женевской конвенции о военнопленных, не ратифицировавших её.
  12. СССР и Германия такой помощи не допускали, поскольку Красный Крест требовал свободного допуска в лагеря военнопленных.
  13. Элина Сана «Депортированные. Выдача Финляндией людей гестапо» (Elina Sana, "Luovutetut. Suomen ihmisluovutukset Gestapolle)
  14. 6 ноября 1942 года заведующий отделом физиологии Центрального института питания Наркомздрава СССР профессор Молчанова дала заключение о рационе питания военнопленных и его влиянии на физическое состояние работавших: «Такая калорийность (1945 кал.) может покрыть траты человека, находящегося в полном покое… В настоящее время уже имеется достаточное количество клинических наблюдений, показывающих, что при длительном питании рационом с низким калоражем возникает заболевание, получившее название алиментарной дистрофии… Предлагаемый набор продуктов беден не только углеводами и жирами, но и витамином А, что может привести к поражению слизистых дыхательных путей и к развитию куриной слепоты… При тяжелой физической работе расстройство наступает значительно быстрее, и часто бывает невозможно уловить те границы, при переходе через которые процесс становится необратимым. Как минимум, калорийность при тяжелой физической работе все же следует считать 3000 калорий, при легкой — 2400 и при так называемом комнатном покое — 2000 калорий». Военнопленные в СССР, 2000. С. 948.
  15. К. Г. Маннергейм. Мемуары. М.: Вагриус, 2000. С. 419.